Виртуальный музей
Афганской войны 1979-1989 гг.
Главная Афганистан 1365г. СССР 1979-1989гг. РСВА создание Книга памяти Памяти павших Во имя живых Наше творчество Вооружение Партнеры Контакты Книга посещений

О врагах и союзниках. Про «духов» и «зеленых»


Дремучий кланово-племенной феодализм афганского общества традиционно подвел моджахедов в самом начале войны: в любых прямых столкновениях с советскими войсками бандиты каждый раз были биты вчистую. Одумавшись, афганцы в который раз перешли к тактике, которая и тактикой может быть названа с натяжкой — больше похоже на обычное течение жизни в Афганистане. Все, как обычно: засады на дорогах, диверсии, при малейшем намеке на открытое столкновение — рассеяться, отступить или уйти на территорию сопредельных государств.

Воевать вышеописанным способом у афганцев получалось действительно здорово. Прекрасное знание местности использовалось на полную катушку, все было отработано до мелочей: от использования погодных условий, степени освещенности до особенностей распространения звука в горах. Враг был коварен и хитер. Враг был предельно мобилен. И враг был у себя дома.

Практически все хоть сколько-нибудь заметные лидеры оппозиции были людьми далеко не бедными; к классическому исламскому образованию они присовокупили образование западное, а также серьезные курсы повышения боевой квалификации. Учителями афганцев выступали опытные военные специалисты, в основном американцы и британцы. Серьезное внимание уделялось пропаганде оппозиционных идей среди местного населения.

1440065114

Агитационная листовка оппозиции. Москва. ЦМВС

Пропагандистские приемы использовались самые разнообразные: от распространения слухов о том, что особо удачливые лидеры оппозиции — прямые потомки пророка, до тотального вырезания местного, то есть своего собственного, относительно мирного населения в районах, прилежащих к местам дислокации советских войск. Цель таких акций очевидна — настроить местное население против бесчеловечных неверных шурави.

В дополнение к войне с ОКСВ лидеры оппозиции постоянно воевали друг с другом. На протяжении конфликта на территории Афганистана действовало около десятка крупных оппозиционных организаций исламистского толка. Означенные организации конфликтовали друг с другом не только по идеологическим, но и по вполне материальным соображениям: кому больше денег достанется или чья теперь очередь продавать пленных в Пакистан. Доходило до того, что пленных приходилось сдавать советским — далек путь в Пакистан, и лежит он иногда через земли недружественных бандитов.

Разведка у оппозиции работала на совесть. Осведомители действовали в афганской армии и в афганском правительстве. Это вынуждало советское военное командование до последнего скрывать планы предстоящих операций от афганских друзей, в противном случае застать бандитов врасплох не получалось.

Особенно хороша была агентурная сеть знаменитого и наиболее известного лидера оппозиции. Звали его Ахмад Шах Масуд. Осведомители этого чрезвычайно популярного в народе деятеля работали по всему Афганистану.

В вопросах работы с населением и поддержания собственного авторитета в среде народной Масуду не было равных. А уж на фоне действий правящего режима он и вовсе может считаться гением. Будучи человеком умным и дальновидным, Масуд действительно заботился о нуждах простого народа, в частности строил на подведомственных территориях школы и больницы. И народу хорошо, и бомбить школы да больницы советским войнам-интернационалистам не с руки. Народ платил ему взаимностью и заботился о нуждах Масуда — помогал возводить укрепрайоны, снабжал продовольствием и упрямо не желал выдавать местонахождение «Панджшерского Льва», по совместительству прямого потомка пророка. Также Масуд активно разрабатывал залежи лазурита и других поделочных камней.

Добытые камни Масуд вывозил из страны, а на вырученные деньги приобретал оружие и боеприпасы.

В общем, во всем повезло Масуду (это, собственно, его псевдоним, в переводе означает «счастливый»). Не свезло ему только в одном — он родился таджиком. Вероятно, только это обстоятельство не позволило ему стать общенациональным лидером.

Советское военное командование относилось к Масуду с определенным уважением. Во-первых, он умел воевать, а это в среде военных заслуживает уважения. Во-вторых, достигнутые договоренности о прекращении огня Масуд соблюдал. Почти всегда соблюдал.

Думать о том, что Масуд «победил» нашу армию, или думать о том, что наша армия не могла «победить» Масуда, не стоит. Надо еще раз вспомнить: одной из основных задач, стоящих перед ОКСВ в Афганистане, было поддержание относительно стабильной ситуации в стране.

Учитывая популярность Масуда среди населения Северо-Восточного Афганистана, полный и окончательный разгром его группировки привел бы к резкому росту напряженности в граничащих с СССР провинциях Афганистана.

Вот что по этому поводу пишет последний командующий 40-й армией Борис Всеволодович Громов:

«Наивно полагать, что мощнейшая 40-я армия не смогла бы окончательно ликвидировать группировку Ахмад Шаха. Советское военное командование в Афганистане имело все возможности для того, чтобы нанести ему сокрушительное военное поражение еще задолго до летней кампании 1985 года в Панджшере и прилегающих к ущелью районах. Если бы в этом возникла необходимость, мы бы уничтожили Масуда. Лично у меня в этом никогда не возникало сомнений, нет их и теперь. Прекрасно понимал свое положение и сам Ахмад Шах, что, естественно, влияло на его политику и отношения с советскими военными: он всегда знал, что ему разрешается делать, а за что он будет жестоко наказан».

1440065153

Ахмад Шах Масуд. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

Нельзя не отметить тактического и политического таланта Масуда. Например, он с максимальной пользой для себя использовал перемирие, действовавшее с 1982 по 1984 год. В соглашении оговаривалось, что перемирие действует на определенной территории. Масуд направил своих бойцов в соседние провинции, туда, где перемирие не действовало. А в провинциях, где оно действовало, отсиживались потрепанные в боях отряды других командиров. Надо ли говорить, что впоследствии эти командиры перешли в подчинение Масуда?

Искусством пропаганды Масуд владел в совершенстве. Известен случай, когда он отпустил стрелявшего в него человека. Стрелок был заслан лидером одной из многочисленных исламистских организаций. По слухам, через некоторое время многие бойцы этой организации влились в бандформирования «Панджшерского Льва». Однако другие случаи указывают на то, что благородный повстанец оставался истинным сыном своей земли и свято чтил специфические обычаи своих предков.

В ходе одной из Панджшерских операций советские солдаты обнаружили искусно укрытую в естественных гротах горную тюрьму Масуда. В каменных мешках, служивших камерами, в образцовом порядке были разложены всевозможные дознавательные инструменты: пилы, крючья для подвешивания, щипцы. И шестьдесят трупов. По всей видимости, отступая, бандиты очень спешили.

С Масудом связан еще один любопытный эпизод в истории афганской войны. По прошествии многих лет генерал Б.В. Громов признался, что вывод советских войск был бескровным во многом благодаря договоренности с Масудом. Именно Масуд контролировал районы, по дорогам которых производился вывод войск из Афганистана.

В свете вышеизложенного неудивительно, что именно Масуд впоследствии возглавил сопротивление радикально-исламистскому движению «Талибан», которое, забегая чуть вперед, на свою голову вырастили другие враги СССР.

Ранее сообщалось, что основную финансовую помощь афганской оппозиции оказывали Соединенные Штаты Америки. Осуществлялась эта поддержка с территории подконтрольного Америке Пакистана. Для того чтобы понять, отчего США так беспокоило военное присутствие СССР в ДРА, достаточно процитировать избранные места из выступления тогдашнего президента Соединенных Штатов Джимми Картера.

Это цитаты из его программного выступления перед конгрессом США от 23.01.1980. Выступление впоследствии вошло в историю как «Доктрина Картера».

Следует также понимать, что речь Картера увлекательнее всего рассматривать в контексте текущих раскладов в мировой политике. Особо интересные места снабжены нашими комментариями:

«Сегодня же крупные силы советских войск пытаются покорить воинственно независимый и глубоко религиозный народ Афганистана

Эти два события (одно подпадает под понятие международного терроризма, а второе — под понятие военной агрессии) представляют собой серьезный вызов Соединенным Штатам Америки и фактически всем государствам мира. Вместе мы справимся с этими угрозами миру. Я уверен, что Соединенные Штаты останутся самым сильным из всех государств, но наша мощь никогда не будет использована для того, чтобы угрожать безопасности какого-либо другого государства или же правам какого-либо человека».

Никогда не говори никогда. С момента произнесения этой речи прошло каких-то 27 лет. За это время американцы успели устроить гуманитарные бомбардировки в Сербии, два раза вторгнуться в Ирак и оккупировать тот самый Афганистан с его воинственно-независимым и глубоко религиозным народом.

А вот что президент Картер говорит по поводу событий в Иране:

«Мы по-прежнему стремимся добиться следующих основных целей: во-первых, защитить текущие и долгосрочные интересы Соединенных Штатов; во-вторых, сохранить жизнь американских заложников и обеспечить их скорейшее освобождение, избежав, если окажется возможным, кровопролития, поскольку это может представить еще более серьезную угрозу для жизни наших соотечественников; заручиться поддержкой других государств в осуждении этого возмутительного акта насилия, который нарушает моральные и правовые нормы цивилизованного мира, а также убедить иранских лидеров в том, что истинная угроза их государству находится на севере и исходит от Советского Союза и советских войск, ныне находящихся в Афганистане, и что эта ничем не спровоцированная ссора с Соединенными Штатами препятствует тому, чтобы они могли отреагировать на эту гораздо большую опасность для них».

Как показывают события сегодняшние, иранцы уже в те далекие годы четко знали, чего следует ожидать и с какой стороны.

Далее американский президент переходит к рассказу о долгой истории американо-советских отношений. Самое интересное — в заключительной части послания.

«Регион, которому сейчас угрожают советские войска в Афганистане, представляет огромную стратегическую важность: оттуда поступает более двух третей всего объема мирового экспорта нефти. Попытка СССР установить господство над Афганистаном приблизила советские военные силы на расстояние 300 миль к Индийскому океану и вплотную к Ормузскому проливу — водному пути, через который проходит основная часть мирового нефтяного потока. Советский Союз сейчас пытается укрепить свою стратегическую позицию и тем самым серьезно угрожает свободному движению нефти со Среднего Востока.

Эта ситуация требует внимательного осмысления, крепких нервов и решительных действий не только в текущем году, но и на многие годы вперед. Она требует коллективных усилий для противодействия этой новой угрозе безопасности в регионе Персидского залива и в Юго-Западной Азии. Она требует участия всех, кто зависит от ближневосточной нефти и кто заинтересован в мире и стабильности во всем мире. И она требует консультаций и тесного сотрудничества со странами региона, которым может угрожать опасность.

Готовность принять этот вызов предусматривает проявление национальной воли, дипломатической и политической мудрости, принесение экономических жертв и, конечно, военные усилия. Мы должны обратиться ко всему лучшему, что есть в нас, для обеспечения безопасности этого жизненно важного региона.

Пусть наша позиция будет абсолютно ясна всем: попытка внешней силы овладеть контролем над Персидским заливом будет рассматриваться как посягательство на жизненно важные интересы Соединенных Штатов Америки, и такое нападение будет отражено всеми необходимыми средствами, включая военную силу».

Хорошо высказался гражданин Картер — ни отнять, ни прибавить. Особенно хорошо это видно сегодня.

«Государственная власть и ее влияние практически сведены к нулю. Наш уход для этих марионеток означает полный крах. А каждый час на своих постах — это власть и деньги. По всем данным, «союзники» стремились и будут стремиться столкнуть нас с моджахедами. Анавинский ХАД продолжает слежку за «группировкой». Можно опасаться провокаций и обстрелов с целью свалить все на «бородатых». Так уже было. Вплоть до того, что Ахмад Шах Масуд брал советские гарнизоны под охрану. Все переплелось и запуталось. Друзей нет, кругом враги. Каждый из них ведет свою игру, защищает свои интересы. Вот только платим за их интересы мы своей кровью. Минирование дороги перед Рухой прекратилось после того, как оттуда убрали посты царандой. Афганская авиация сбрасывает авиабомбы без взрывателей на ледники, откуда «духи» их скатывают и добывают взрывчатку для фугасов. Своеобразная доставка ВВ (взрывчатых веществ). Почти открытое пособничество».

Есть такая поговорка: «Зачем тебе враги, если у тебя есть такие друзья?» Сказано точно про правящий режим и вооруженные силы ДРА. Безусловно, были в афганском правительстве талантливые чиновники, были в афганских ВС и хорошие военные. Но на общем фоне бездарности, некомпетентности или просто безграмотности их существование особой роли не играло.

Тот факт, что афганцам, в отличие от советских, приходилось воевать с собственным населением, никак не оправдывает низкий уровень боеспособности частей правительственных войск — афганцы, как говорилось ранее, во все времена ожесточенно и задорно воевали друг с другом.

Скорее, дело было в том, что афганцы попросту не умели воевать так, как это было принято у европейцев, а научить их за годы советского присутствия не успели во многом потому, что за боевой опыт афганцев приходилось бы расплачиваться кровью советских солдат.

1440065252

Представители вооруженных сил ДРА. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

Пока советские военные зачищали один район, афганское правительство сдавало два. Пока вперед шли советские солдаты, афганские обеспечивали тыловую поддержку, да так ловко, что к концу войны наше командование буквально боялось, что афганские части в очередной раз начнут, например, по ошибке обстрел наших частей. Пока советская разведка разворачивала разведывательную сеть среди местного населения, разведывательная сеть оппозиции успешно разворачивалась в рядах вооруженных сил ДРА и в правительстве кабульского режима.

Типичным представителем афганского режима был его глава — Бабрак Кармаль, выдвинутый на пост председателя НДПА в конце 1979 года. Вот как характеризует Кармаля Валентин Иванович Варенников, глава Оперативной группы Министерства обороны СССР в Афганистане (из книги Б.В. Громова):

«Он всегда внимательно выслушивал предложения, которые ему высказывались. Много записывал и часто в конце бесед говорил: «Вот вы смотрите и, должно быть, думаете: пишет, пишет этот Кармаль, а ведь все равно ничего делать не будет...» На самом деле именно так и было. Кармаль не заслуживал доверия ни со стороны своих соратников, ни со стороны народа, ни со стороны наших советников. Был он демагогом высшего класса и искуснейшим фракционером. Мастерски умел прикрываться революционной фразой. Этот «талант» помог ему создать вокруг себя ореол лидера. Каждый раз после очередного просчета он всех убеждал: «Товарищи, вот теперь мне все ясно! Ошибок больше не будет!»

Ему всякий раз верили и ждали. А он тем временем расшатывал партию, с народом не работал, да и не умел работать или не считал нужным этого делать. Фактически он не боролся за народ — это однозначно. В государственном и партийном аппаратах создал колоссальную бюрократическую систему. Именно в ней и вязли многие хорошие решения партии и правительства. К сожалению, многие излишне надеялись на Кармаля, шли у него на поводу».

Очевидно, что Комитет госбезопасности СССР совершил ошибку, определив в конце 1979 года в качестве лидера нового правительства Афганистана Бабрака Кармаля. Не желая признавать этого, руководители КГБ надеялись, что низкий интеллектуальный уровень и отсутствие организаторских способностей Кармаля удастся компенсировать деятельностью наших партийных и военных советников. Однако со временем контролировать Кармаля становилось все труднее. Он открыто игнорировал то, что ему рекомендовали. Разложение личности Кармаля усугублялось его неприкрытым пристрастием к спиртному.

Казалось бы, ожесточенная фракционная борьба в рядах правящей партии должна по закону военного времени немедленно прекратиться во имя общих для режима интересов. Случилось ровно наоборот: борьба за власть при крайней неустойчивости самой власти достигла невиданного прежде накала. Ясное дело, заниматься проблемами политического урегулирования в стране было некогда.

Не лучше дела обстояли и у военных. На словах афганское военное командование выражало полную готовность провести ту или иную операцию собственными силами. На деле эти операции проводились оригинально. Например, был зафиксирован такой маневр афганских летчиков: получая приказ отбомбить районы сосредоточения банд, они вылетали в означенном направлении, сбрасывали бомбы на полпути к цели и возвращались на аэродромы, рапортуя об успешном выполнении задачи.

Характерный пример поведения афганских военных приводит Б.В. Громов. Описанные события происходили во время чисток в городе Герате.

«Обычно вместе с нами в Герате действовала 17-я пехотная дивизия афганской армии. Значительно позже нам пришлось самим увидеть, как эта пехотная дивизия выполняла свою задачу. Интересно было наблюдать ее выход из города. Например, ей ставилась задача пройти по такой-то улице. Следовательно, нужно было проверить дома, подвалы, чердаки, другими словами, все, что находилось на этом участке. Причем афганцы нередко брали с собой даже представителей местной власти, женщин. Когда такая проверка заканчивалась, и солдаты правительственных войск выходили на другом конце улицы, то они волокли на себе все, что только можно было поднять и унести: кровати, какие-то узлы и баулы. По сути дела, с их стороны это было узаконенное мародерство.

После завершения первой проверки, когда нам стало понятно, к чему это может привести, мы отказались от участия правительственных войск в подобных операциях. Чистки, безусловно, в последующем продолжались, но уже несколько по-иному. К проведению таких операций мы стали привлекать военнослужащих МГБ Афганистана, царандой, а также партийных руководителей. Мы их пропускали через свои блоки непосредственно в город прежде всего с таким расчетом, чтобы они друг за другом следили и, опасаясь наблюдения за собой, не пытались что-то украсть и вынести за наше оцепление. Сначала задуманный нами механизм действовал нормально, но потом все опять пошло по-старому. Чувствуя свою безнаказанность и бесконтрольность, они очень быстро забывали, кто из них партиец, а кто чекист, и продолжали тащить не меньше прежнего».

Измена делу Апрельской революции в рядах частей афганской армии была явлением обычным, не говоря о дезертирстве, которое уже к 1981 году приняло массовый характер.

Лучше всех охарактеризовал афганский правящий режим все тот же Б.В. Громов:

«Всякая власть может реально действовать лишь в том случае, если у нее под ногами не качается почва. Апрельская же революция постоянно находилась в полушаге от собственной гибели. Новая кабульская власть с самого начала была обречена действовать в условиях непрекращающейся войны. Само наличие родоплеменных отношений предполагает постоянную борьбу за территории и влияние. Другими словами — за власть. В определенной степени существование революционного правительства в Кабуле тоже можно рассматривать лишь как победу одной — наиболее удачливой — из группировок».

>>Вернуться назад<<